С ДРУЗЬЯМИ был недавно в выс-тавочном зале «Брынкуша» на вер-нисаже художника Михаила Бруни. Спорили потом до хрипоты по пово-ду техники, в которой работает мас-тер. Помогите разобраться... Виталий Носков, Кишинев.

РАЗОБРАТЬСЯ помогает кандидат искусствоведения Татьяна КУР-ТЕЕВА. Вот ее рассказ. - Действительно, эта выставка нео-бычна для нашего солидного, а места-ми просто скучного выставочного зала. Хотя бы потому, что художника Михаи-ла Бруню эстетом назвать нельзя. Он не тонет в изысканных созерцаниях, не уходит от мира в рафинированные рав-новесия, он иронизирует. И компроме-тирует их, путая цитаты и контексты, красит бабушкин тюль, втыкает прово-лочки и пришивает пуговицы, смеши-вает их в коллаж и провоцирует на но-вое содержание. Он совсем не эстет, а довольно строптивый стилист.

Судя по его работам и по манере изображения, художник ведет себя то как лаборант НИИ в белом халате, то как яростный шутник, то как скандалист. Но очень начитанный, поражающий бе-зупречной античной аргументацией. К этим перепадам и переключению вни-мания с телескопа на микроскоп прихо-дится привыкать. Ритм чередования мил-лиметров и морских миль тут довольно неожиданный и требует дополнитель-ной зрительной реактивности. Но именно эта свобода ско-ростей дарит зрите-лю настроение весе-лого хулигана.

Итак, сюда, на выставку, пожалова-ло много необычных гостей. Венециан-ские маски, вакханки, сфинксы, Эразм Роттердамский, крито-минойские прин-цы, иудейские булгаковские личины. Честно говоря, мы их заждались.

Михаил Бруня - художник многораз-личный. Что означает впечатляющий запас эрудиции и неистощимое вообра-жение. Доставляет удовольствие узна-вать в его работах цитаты и понимать намеки. Там - Хиеронимус Босх, здесь - Леонардо, Тициан, за ним - Брунеллески, не говоря о греческой архаике. Это ум-но. А найти жгучую приправу в крит-ском искусстве или сатанинскую занозу в извилинах рококо - это остроумно. И глядя на многие тут вещи, приятно осо-знавать, что путешествие по завиткам и «недоразвиткам» прошлого и настояще-го, черт возьми, - такая восхитительно сложная штука! Сколько, оказывается, есть вариаций контраста и подобия, ко-торыми могут быть связаны вещи! Ка-кие закрученные морды! Шляпы, рога, усы! Какие завинченные названия!

Кто был на выставке, обратил вни-мание на «научно-познавательные» ил-люстрации. В них границы между фи-зикой и лирикой наконец-то становят-ся прозрачными. Мир пронизывается сверху донизу стремительными связя-ми. Одни законы гармонии в молекуле, зеркале, физиономии и зеленой траве, одни и те же законы парадокса и абсур-да на морском дне, в архитектуре и пу-говицах. И девица-сфинкс перекручи-вается, как лента Мебиуса. Связь времен и связь вещей, стихий и глупостей становится очевидной. Станислав Лем, Овидий, Булгаков, НЛО, карнавальная культура цивилиза-ций - эта колдовская атмосфера встреч напоминает «куншткаморы» эпохи Просвещения и одновременно библио-теки Ренессанса, где хранились разом все сокровища ума, коллекции монстров и уродов, драгоценности и чудеса мира. И свидетельствовали о его безгранич-ности и «цветущей сложности бытия». Нельзя переварить все это без чув-ства юмора. Преувеличивая и пародируя шум цивилизации, ирония и карнавал проверяют эту цивилизацию на вес, на зуб и на «вшивость», помогая прочистить оптические приборы и вынести лишний мусор. В результате провокации всегда рождается новая мысль - хотя бы из чувства протеста. Пожелаем же себе при встрече с масками, насекомыми, вак-хическими плясками, шпунтиками и вин-тиками Михаила Бруни интереснейше-го и плодотворного мыслерождения.

Михаил Бруня родился в 1949-м в молдавском селе Кукурузены. Окон-чив физмат, полностью посвящает себя книжной иллюстрации (ему при-надлежит оформление более чем 100 книг, часть из которых отмечены премиями на союзных и республикан-ских конкурсах). Член Союза худож-ников, лауреат международной пре-мии «Искусство книги».

С1990 года работает в собствен-ной технике. Это не скульптура, хо-тя она и трехмерна, не живопись, несмотря на цветность, и не графи-ка, хотя просматриваются и черты, присущие ей.

Экспонировался в Зимбабве, Рос-сии, Италии, Румынии; многие рабо-ты находятся в частных коллекциях соотечественников и за рубежом. Последние три года работал над цик-лом «Вакханалия», навеянным ан-тичной мифологией. В него вошло более 50 работ.